г. Липецк продается 1-комн.квартира 35м2 - 1 450 000р

«Путь души»

"Если Сын Божий в тебе, то и царство Его в тебе.
Вот царство Божие — внутрь тебя, грешник.
Войди в самого себя, ищи усерднее и без труда найдешь его.
Вне тебя — смерть, и дверь к ней — грех.
Войди в себя, пребывай в сердце своём, ибо там — Бог".
Прп. Ефрем Сирин.

Искус веры
(воскресное 7–е Евангелие)

"В первый же [день] недели Мария Магдалина приходит ко гробу рано, когда было ещё темно, и видит, что камень отвален от гроба. Итак, бежит и приходит к Симону Петру и к другому ученику, которого любил Иисус, и говорит им: унесли Господа из гроба, и не знаем, где положили Его. Тотчас вышел Пётр и другой ученик, и пошли ко гробу. Они побежали оба вместе; но другой ученик бежал скорее Петра, и пришёл ко гробу первый. И, наклонившись, увидел лежащие пелены; но не вошёл [во гроб]. Вслед за ним приходит Симон Пётр, и входит во гроб, и видит одни пелены лежащие, и плат, который был на главе Его, не с пеленами лежащий, но особо свитый на другом месте. Тогда вошёл и другой ученик, прежде пришедший ко гробу, и увидел, и уверовал. Ибо они ещё не знали из Писания, что Ему надлежало воскреснуть из мёртвых. Итак ученики опять возвратились к себе" (Ин., XX: 1—10).
Часто ли мы задаём себе вопросы: что такое вера? Как она действует в нас? И для чего она вообще необходима?
Почему люди, большую часть жизни прожившие в непосредственной близости к Церкви, служа или работая в ней, оказываются не способными любить?
Вопрос веры не прост! И, может быть, люди, соприкасающиеся с учением Церкви, но не чувствующие потребности окунуться в него, поступают честнее (потому что не понимают или не могут понять), нежели те, кто, считая себя полноценными православными, остается бесчувственным к Истине.
Какая проблема веры является ключевой? И как разрешить эту проблему? Следует ли обратиться к учению Христа; слушать Его, и веровать в Пославшего Его и через это наследовать жизнь вечную? А если предположить, что, слушая, мы, сомневаемся, тем более, когда находим видимые противоречия в словах Христа.
"Не нарушить пришёл Я закон, но исполнить",— сказал Христос. А в Законе мы читаем: "Чти отца твоего и матерь твою, да благо тебе будет и да будешь долголетен на земле".
И где же, скажут некоторые, обещанное Христом исполнение Закона, когда Он же и говорит, что "всякий, кто оставит домы, или отца, или мать, или жену, или детей, или земли ради имени Моего, получит во сто крат, и наследит жизнь вечную" (Мф., XIX: 23), да ещё и предостерегает: "Кто не берёт креста своего и не следует за Мною, то не достоин Меня" (Мф., X: 37—39).
Как же следовать за Христом, когда мы не понимаем Его, когда мы сомневаемся в правдивости Его слов? И если при этом ещё узнаем, что "сомневающийся подобен морской волне, ветром поднимаемой и развиваемой. Да не думает такой человек получить что–нибудь от Господа, человек с двоящимися мыслями не тверд во всех путях своих" (Иак., I: 6—8). Как быть, читая, это?
Вопрос этот совершенно естественный для каждого из нас. Мало того, очень печально, если мы не задаем его себе. Ведь если наша вера не будет испытана, то что—то самое главное ускользнет от нас, и мы, подобно Петру (прообразу нашей веры), следуя по морю житейскому, дойдем до многократного отречения от Христа, и даже до предательства подобно Иудиному, а закончим распятием Его в своём сердце. И именно испытание, искус нашей веры поможет нам быть "твёрдыми во всех путях своих". Потому и просим: "И да ни единаго от нас неискусна сотвориши. Но вся ны снабди щедротами Твоими" (светильничная молитва Утрени). А посему "с великою радостью принимайте, братия мои, когда впадаете в различные искушения, зная, что испытание вашей веры производит терпение; терпение же должно иметь совершенное действие, чтобы вы были совершенны во всей полноте, без всякого недостатка" (Иак., I: 2—4).
Всегда хочется начать с начала, с первого дня нашей жизни, когда мы впервые вступили на путь веры, когда были рождены водою и духом, и когда, наконец, назвали себя христианами, ощутив великую радость от общения с Богом. А будучи христианами, мы не можем не обращаться ко Христу Альфе и Омеге, Началу и Концу. А, обращаясь к Нему, естественно, начинаем началом Его общественного служения. Каким оно было Его начало?
"Когда же крестился весь народ, и Иисус крестившись, молился, отверзлось небо, и Дух Святый нисшел на Него в телесном виде, как голубь, и был глас с небесе, глаголющий: Ты Сын Мой Возлюбленный; в Тебе Моё благоволение..." (Лк., III: 21—22).
Иисус, исполненный духом Святым, возвратился от Иордана и поведён был Духом в пустыню. Там сорок дней Он был искушаем от диавола...
Победив искушение, Иисус в силе духа возвратился в Галилею, и разнеслась молва о Нём по всей окрестной стране. "И пришёл в Назарет, где был воспитан, и вошёл, по обыкновению Своему, в день субботний в синагогу, и встал читать. Ему подали книгу пророка Исаии; и Он, раскрыв книгу, нашёл место, где было написано: Дух Господень на Мне; ибо Он помазал Меня благовествовать нищим, и послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедывать пленным освобождение, слепым прозрение, отпустить измученных на свободу, проповедывать лето Господне благоприятное. И, закрыв книгу и отдав служителю, сел; и глаза всех в синагоге были устремлены на Него. И Он начал говорить им: НЫНЕ ИСПОЛНИЛОСЬ ПИСАНИЕ СИЕ, слышанное вами",— (Лук., IV: 16—21),— "и слово Его было со властью" (Лук., IV: 31). И далее Иисус ходил по городам и весям исцеляя больных и изгоняя бесов. Бесы выходили из многих и с криком говорили: "что Тебе до нас, Иисус Назарянин? Ты пришёл погубить нас; знаем Тебя, кто Ты... Ты Христос Сын Божий. А Он запрещал им сказывать, что они знают, что Он Христос" (Лук., IV: 34—41). Запрещал и исцелённым говорить о Его чудесах. "Но тем более распространялась молва о Нём и великое множество народа стекалось к Нему — слушать и врачеваться от Него от болезней своих. И весь народ искал прикасаться к Нему; потому что от Него ИСХОДИЛА СИЛА и исцеляла всех" (Лк., VI: 19)... "А Он уходил в пустынные места и молился" (Лк., V: 16).
Вот каким было начало общественного служения Иисуса Сына Человеческого.
Итак, если мы ещё способны ставить перед собой вопросы, затем, чтобы разрешать их, а, сомневаясь, обращаться ко Христу — Истине, Жизни и Пути нашей веры — то постараемся последовать за Христом по страницам Благой вести о нашем спасении, шаг за шагом восходя в "чертог чистоты и света".
Первый вопрос: почему, например, мы взираем на подвиг Христа и не изумляемся Его величию — "не видим"? Внимаем словам Христа, и "не слышим", "не разумеем, не обращаемся, чтобы прощены были грехи наши" (Мк., IV: 12)? Не потому ли, что "народ сей" (то есть мы) ослепил глаза свои и окаменил сердце своё (Ин., XII: 40)? Почему Господь запрещал говорить о Его чудесах?
Размышляя в своем сомнении, ища, "безвестной тайной премудрости" у Бога, мы подошли к самому главному — к камню преткновения для многих — ко Христу, как к ИСТОЧНИКУ ДУХА.
"Дух Господень на Мне",— с этого начал Христос.
"Блажени нищие духом". И "настанет время, и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине; ибо таких поклонников Отец ищет Себе. Бог есть Дух: и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине" (Ин., IV: 23—24).
А мы христиане помним и то, с чем обратился Он к нам: "Я и Отец — Одно" (Ин., X: 30). И, главное, о СИЛЕ, которая от "Него исходила и исцеляла всех" (Лк., VI: 19). И именно этой силы и должно искать в Благовестии Христовом.
Мы часто говорим о Церкви, о Христе, о вере. Одним внушается необходимость поклонения Истине, в других вера насильственно вытравливается. Одни видят в Евангелии только противоречия, а немногих поражает сходство этой Книги с нашей собственной душей, потому что Евангелие — жизнь нашей души. И желающие углубиться в познание этой Книги Жизни, мы должны делать это в "духе и истине". Ибо во имя этого духовного познания мира, даже тем, кто признаёт во Христе Сына Божия, и кому Господь вручает ключи Царства Небесного, Он запрещает сказывать, что Он есть Иисус Христос. Мало того, тем, кто ищет только внешнего поклонения, старается удержать в своем разуме только познание о Христе, забывая о духе, который в Нём; кто не принимает гибели Христа во плоти, а значит и Его воскресения в духе, Господь говорит: "Отойди от Меня сатана ты Мне соблазн, потому что думаешь не о том, что Божие, но что человеческое" (Мк., VIII: 33).
Здесь мы прикасаемся к самой насущной проблеме человеческого бытия, к рубежу, не переступив который, мы останемся лишёнными возможности открыть кладезь собственной души, который отражается в Евангелии, в Церкви и усваивается верой. Именно здесь останавливаются обогащённые знанием о только историческом Христе, называющие себя носителями имени Христа, те, кто слышит, говорит и даже учит, но "не разумеет". Здесь, на этом рубеже, нам, готовым либо "войти в радость Господа Своего", либо "отойти в печали", должно разрешить, наконец, основной вопрос жизни: где мы? С кем мы? Можем ли мы? Разрешить, чтобы окунуться в великую тайну самого существа Божия, о величии которой мы можем лишь догадываться, но которая способна подтолкнуть нас к Вечности и, которую Иоанн выразил тремя словами? "Бог есть Любовь" (1 Ин., IV: 8).
Вот тот "камень егоже небрегоша зиждущии" (Лк., XX: 17), и который "сделался главою угла" (Лк., XX: 17); камень веры, камень познания, камень Жизни. Что может быть выше любви?
Любовью наполнен весь Новый Завет. Она золотой нитью пронизывает весь наш жизненный опыт. Она присутствует при воскресении нашей, уже "смердящей", души; Она восходит вместе с нами на Фавор; Она в нашей слезной, порой доходящей до отчаяния (до кровавого пота) молитве; Она не покидает нас в страданиях. И если в своём сомнении мы доходим даже до страшных переживаний Богооставленности — Любовь оказывается рядом с нами. Вот чему учит нас Евангелие. "Нет человека, иже жив будет и не согрешит". Из каждого Господь изгнал "седмь бесов", и когда мы "не видим", когда теряем "духоносность", если, конечно, ощущаем потребность в ней, мы начинаем искать, и в этом поиске устремляемся к учению Христа "ко гробу Христа", в стремлении удалить камень с нашего сердца. И если не находим Христа во плоти, а при этом ощущаем отсутствие благодатного общения с Ним, теперь уже с искренним желанием, и вполне определенной целью, обращаемся к "Симону Петру" — основанию нашей веры, — и к другому ученику "егоже любляше Иисус" — к Иоанну — благодати и любви Божией, — и, буквально "бежим" вместе с ними, переступая рубеж внешнего познания. А любовь является для нас путеводной звездой. "И другой ученик бежал скорее Петра, и пришел ко гробу (истинному источнику познания) первым".
Если мы верим и ищем с верой — любовь сопутствует нам, и сам факт любви к Богу уже есть познание Его — истинное Ему поклонение. "Тогда вошёл и другой ученик, прежде пришедший ко гробу, и УВИДЕЛ (воскресил в себе радость Богообщения), и уверовал".
А мы вместе с ним, вместе с любовью Божественной, разрешили ключевую проблему веры.
Подводя итог жизненному пути, подходя к Концу или приближаясь к Началу, ко Христу как к Любви, мы должны задать себе последний вопрос: готовы ли мы к великому диалогу с Богом, готовы ли ответить в своём сомнении Его последнему вопрошанию: "Симоне Ионин, любиши ли Мя паче сих"? И если окажемся способными, Любовь последует за нами (Ин., XXI: 20).

| к началу главы | к предыдущей главе | к следующей главе | на главную страницу |