Статьи и публикации



Переводчик жестового языка глухих в Церкви

В период с 23 по 27 марта в Казани прошла научно–практическая конференция "Роль религиозного просвещения в духовно–нравственном воспитании неслышащего человека".
Православное богослужение с сурдопереводом для глухих, увы, остается ещё пока экзотикой. Тем не менее, в последнее время заметны положительные сдвиги в этом направлении.
В Новосибирском Свято–Макарьевском Православном Богословском Институте уже второй год проводится факультатив по изучению жестового языка глухих. Также в Екатеринбургской духовной семинарии будущие священники и катехизаторы осваивают азбуку общения с глухими.
О том, каким должен быть церковный сурдопереводчик, рассказал на конференции руководитель православной общины глухих и слабослышащих, преподаватель НСМПБИ Николай Николаевич Соколов.



Вопрос о понимании христианского богослужения глухими людьми может быть отчасти решён при использовании перевода церковных служб на жестовый язык глухих. Для решения этой задачи в некоторых православных храмах допускается участие в богослужении подготовленного сурдопереводчика.
Однако в отличие от светских переводчиков жестового языка церковный переводчик должен кроме элементарных навыков жестовой речи обладать ещё и специальными знаниями и качествами, необходимыми для церковного служения. Совершенно ясно, что не каждый светский сурдопереводчик может встать на церковный амвон и переводить богослужение или проповедь священника. Каким же требованиям должен соответствовать православный сурдопереводчик?

Призвание
Миссия церковного сурдопереводчика гораздо шире, чем просто обязанность выполнять механический перевод богослужебных текстов на жестовый язык. К слову сказать, иногда встречающийся буквальный, дословный перевод, осуществляемый без учёта особенностей конструкций предложения и смыслового содержания, зачастую в корне искажает догматический смысл и содержание богослужебных текстов. Поэтому церковный переводчик обязан хорошо разбираться в богослужении, знать Священную Историю Ветхого и Нового Заветов, в необходимых пределах понимать церковно–славянский язык. Но в первую очередь для успешного служения в Церкви сурдопереводчик должен иметь на это особое призвание, которое является важнейшим залогом для плодотворного его совершения.
То высокое достоинство и честь, которые получает переводчик жестового языка, получив благословение епископа или священника на служение в Церкви, требуют от него чистой, благоговейной души и большой ответственности. Какими же признаками должен обладать тот, кто считает себя призванным на такое служение?
Чтобы отвечать этому назначению сурдопереводчик должен иметь, прежде всего:
1. Любовь к тому делу, которое собирается делать и свободное, не расчётливое влечение сердца к этому служению.
2. Готовность к жертвенному служению ближнему. Переводчик должен отчётливо понимать, что его ждёт колоссальная физическая и эмоциональная нагрузка, а также огромные затраты своего свободного времени.
3. Горячее желание помочь лишенным слуха людям обрести Христа в своём сердце. Ведь по слову Священного Писания вера приобретается человеком "от слышания" (Рим., X: 17). Сам же апостол Павел вопрошает христиан: "Как веровать в Того, о Ком не слышали? Как слышать без проповедующего?" (Рим., X: 14).
4. Готовность сострадать и в меру своих сил помочь больному, скорбящему человеку, лишённому слуха.
5. Опыт веры, опыт жизни по Евангелию (то есть личный духовный опыт).
6. Осознание своего недостоинства и побуждение себя к смиренному выполнению возложенного служения. Но смирение должно быть действительно христианским, глубоким, а не напускным или показным [2].
Плохо, если сурдопереводчик желает получить место в храме ради материальной выгоды или прельщает себя мыслями о совершенно особом редком даре и возможности быть в центре церковного внимания.
Прежде чем взойти на амвон и приступить к жестовому переводу богослужения, кандидату дóлжно испытать себя различными церковными послушаниями. Полезно пройти клиросное послушание, для мужчин — послушание в алтаре, чтобы в деталях знать ход церковной службы. Иначе в ходе перевода богослужений переводчик может столкнуться с многими проблемами, а желание "попереводить" может оказаться лишь мимолётным модным увлечением. В этом случае переводчика очень быстро ждёт разочарование, что будет служить признаком призвания к другому делу.
Остается ещё добавить, что переводчик в Церкви должен постоянно исповедовать свои грехи и помыслы для преодоления многих искушений, которые неминуемо возникают во время работы.
Таким образом, в лице церковного сурдопереводчика, является образец христианской веры, самоотверженности, проявлением любви к ближнему.

Подготовка к богослужению
Православное богослужение очень многогранно и несёт в себе большое догматическое и символическое смысловое содержание. Участвующему в нём сурдопереводчику следует быть хорошо подготовленным. От его подготовки зависит насколько понятным и доступным окажется богослужение для глухих.
В первую очередь переводчику необходимо приучить себя приходить в храм заблаговременно до начала службы, чтобы получить благословение священника, молитвенно настроиться на предстоящую службу. Недопустимо опаздывать на богослужение. Крайне неприглядно выглядит переводчик, который вынужден во время службы пробираться к своему месту, готовить аналой, отвлекать священника, получая его благословение. Можно сказать, что в этом случае разрушается весь молитвенный настрой, как самого переводчика, так и глухих прихожан, и вряд ли уже получится настоящий проникновенный перевод.
Перед началом службы переводчик должен подготовить себе место. Обычно глухие прихожане компактно занимают место в передней части храма. Учитывая это, переводчик должен подготовить себе место напротив глухих богомольцев с учётом хорошего обозрения. Если есть возможность и благословение, то лучше встать на солее. В этом случае глухие прихожане смогут одновременно видеть переводчика и следить за ходом самого богослужения. В других случаях можно организовать себе место в где–либо в передней части храма. А чтобы все глухие участники богослужения могли хорошо видеть переводчика желательно подготовить небольшую кафедру.
При выборе места также важно учитывать освещение храма. Глухим будет трудно воспринимать перевод, если переводчик будет находиться напротив источника света, или в плохо освещённом месте. В последнем случае можно воспользоваться искусственным освещением, направленным в сторону переводчика.
Обязательно нужно обратить внимание на то, чтобы между переводчиком и народом не находились мешающие обозрению колонны или подсвечники. Очень нежелательно также располагаться рядом с поминальным кануном. Сюда во время службы очень часто подходят люди или передаются свечи, что создаёт большие помехи глухим.
Само собой разумеется, что церковный сурдопереводчик должен хорошо знать предстоящее богослужение. Заранее необходимо просмотреть все изменяемые части службы, ознакомиться с текстами Апостола и Евангелия, разобрать и при необходимости перевести труднопонимаемые церковно–славянские слова, понять смысл тропарей, кондаков, поинтересоваться у священника темой предстоящей проповеди.

Темп перевода
Очень желательно перед началом службы согласовать с дьяконом, чтецом и певчими вопрос о темпе богослужения. Красиво смотрится и легче доходит до понимания глухих параллельный синхронный перевод. Естественно, что в этом случае все жесты соответствуют ходу службы. Когда необходимо сделать поклон, перекреститься - все прихожане делают это одновременно, все молятся "едиными устами и единым сердцем".
Но порой, к сожалению, бывает так, что переводчик просто не успевает за ходом службы. Ломается стройность и красота богослужения для глухих. Бывает однако и так, что излишняя затянутость службы вынуждает переводчика делать длительные паузы, поглядывать на клирос в ожидании окончания пения.
Впрочем, иногда переводчику необходимо немного опережать ход службы, чтобы сохранить то самое единство в молитве. Например, когда священник выходит на амвон, благословляя народ со словами: "Мир всем",— переводчик должен на мгновение раньше перевести этот возглас, чтобы глухие прихожане могли уже смотреть на священника и ответить ему поклоном. Опытный сурдопереводчик, где нужно ускорит свою речь, а где нужно даст разреженный темп перевода, и вообще будет стараться менять темп жестовой речи, потому что однообразие всегда утомительно.
Вообще дóлжно знать, что как темп словесной речи, так и темп жестовой речи имеет силу формировать духовную атмосферу в храме. Поэтому согласование темпа богослужения имеет важнейшее значение для успешного перевода.

Внешний облик сурдопереводчика
В ряду вопросов, имеющих не второстепенное значение для качественного восприятия сурдоперевода, играет внешний облик церковного переводчика.
Известно, что обычно для переводчика жестового языка рекомендуется одежда тёмного однотонного цвета, предпочтительно чёрного, синего или коричневого. Такой выбор цвета создаёт контраст тёмной одежды и белых рук, что позволяет хорошо видеть и воспринимать выполняемый перевод. Яркие цвета, например, оранжевый, а также пёстрые расцветки одежды будут явно не уместны в храме, а кроме того, при длительном переводе преобладание таких цветов ведёт к раздражению и быстрому утомлению глаз.
Одежда церковного переводчика должна быть строгой. Если сурдопереводчиком является мужчина, то по благословению епископа или настоятеля храма его одеждой во время богослужения должен стать чёрный подрясник. Облачаться в стихарь алтарника переводчику, скорее всего, не следует, так как длинные и широкие снизу рукава стихаря будут мешать и труду самого переводчика, и восприятию перевода глухими. Кроме того, мужчинам–переводчикам не рекомендуется иметь бороду и длинные усы, чтобы не создавать глухим лишние затруднения при считывании речи с губ.
Волосы у переводчика всегда должны быть аккуратно причёсаны, они не должны спадать и закрывать лицо, так как глаза и выражение (мимика) лица при переводе являются носителями эмоционально–чувственной стороны жестовой речи. Откидывание волос со лба, перекидывание прядей и другая суета — всё это лишние, отвлекающие движения, к тому же никак не украшающие жестовый перевод [3].
Что касается требований к внешнему виду женщин–переводчиков жестового языка, то им в первую очередь необходимо обратить внимание на детали своего гардероба и аксессуаров. Православной женщине, тем более знакомой с вопросами профессиональной этики жестового перевода, наверное, лишним будет напоминание о недопустимости употребления в своей одежде различных украшений. Нелепо и смешно будет выглядеть сурдопереводчик в храме с кольцами на каждом втором пальце, браслетами, длинными бусами, цепочками и так далее [3]. Все эти украшения могут не только отвлекать внимание, но и вызывать отталкивающее впечатление. Не место в храме и косметике. Если в светской практике сурдоперевода приветствуется яркость губ, то при церковном переводе облегчить глухим считывание текста с губ можно более выразительной и чёткой артикуляцией. В крайнем случае, при многочисленности глухих прихожан, можно посоветовать женщине–переводчику слегка обвести края губ коричневым контурным карандашом.
Само собой разумеется, что руки сурдопереводчика всегда должны быть ухожены. Особенно необходим уход за ногтями. Неприглядно выглядят пальцы с длинными ногтями, со следами стёршегося лака, со следами работы с землей.
Употребление духов, помад, маникюра и завивка волос не должны иметь места у церковного сурдопереводчика.
Лучшее украшение для женщины–переводчика — это скромная косынка и соответствующий правилам поведения в храме костюм. Священник Павел Флоренский говорил, что одежда является продолжением и как бы неотъемлемой частью личности говорящего. Важно постоянно помнить: переводчик всегда находится на виду у людей, он не должен своим внешним видом вызывать осуждение и отвлекать внимание тех, кто пришёл в храм на молитву.

Выразительность перевода
Хочется ещё сказать о некоторых вспомогательных по отношению к жесту, однако важных, средствах, о которых сурдопереводчик не должен забывать. Речь пойдет о взоре переводчика и выразительности перевода.
Взгляд переводчика играет большую роль в установлении контакта с глухими прихожанами. Но научиться грамотно управлять своим взором удаётся не сразу. Поначалу часто бывает, что взор переводчика устремляется в одну точку, и взгляд его становится фиксированным. Ещё хуже, когда переводчик фиксирует свой взгляд на читаемом тексте, общаясь более с бумажкой, чем с живыми людьми. Нужно научиться переводить службу "с листа", воспринимая всё на слух. Конечно, такая способность приходит с опытом и по мере воцерковления самого переводчика.
Глаза могут сослужить переводчику плохую службу, если он растерян, и взор его блуждает, не зная где остановиться. Такой растерянный взгляд, конечно, выдаёт душевное волнение. Опытный переводчик умеет обводить аудиторию профессиональным взглядом. Очевидно, что глухие прихожане гораздо живее усваивают перевод, видя перед собой мыслящие, исполненные внутренней силы глаза. Но по большому счёту, это вещи второстепенные, которые придут сами собой. Главное внимание переводчика должно быть обращено на духовные качества, потенциал передаваемого слова, на умение это слово донести.
Переводчик жестового языка должен помнить, что зрение играет для глухого человека ещё и роль слуха. Поэтому от того, насколько выразительным и сильным будет жест, зависит восприятие службы в целом. При переводе необходимо помнить, что ни в коем случае недопустима вялость рук, там, где они должны быть твёрдыми, резкими, то есть там, где этого требует жест. И наоборот — руки могут быть вялыми, если только их состояние должно быть таковым и отвечает соответствующему жестовому значению [3].
Красота пения и чтения во время богослужения должны передаваться глухому человеку плавностью и красотой движений.
Для глухого человека особое значение имеет сопровождение жестового перевода мимикой лица, передающей различные эмоциональные состояния.
Именно поэтому важно понять и не забывать, что переводчик, не использующий различные способы выразительности речи, всегда становится непривлекательным, не интересным для неслышащих людей. Такой перевод не в состоянии донести всю палитру образов.
В отличие от церковного чтения монотонным речитативом, жестовый перевод церковной службы должен быть ярким и выразительным. Перевод без сопровождения мимикой, пластичностью выглядит, как пустой звук, как бледное ничего не выражающее лицо [3].
Вместе с тем, нужно помнить, что религиозное чувство относится к категории высоких чувств, требующих для своего выражения ровного и глубокого движения души. Поэтому использование мимики в сурдопереводе должно быть разумным, без злоупотребления. А сам перевод должен отличаться плавным, выразительным, а главное естественным исполнением. Переводчик не должен "входить в роль", иначе это может привести к лицедейству, театральности и отвлекать внимание от смысла высказывания. В церковном переводе не должно быть ложного пафоса или искусственной патетики. Переводчик не должен забывать, что мимика должна соответствовать смысловому и эмоциональному содержанию богослужения. Глупо будет выглядеть переводчик, который без страха Божия, с улыбкой на устах переводит анафору, или, наоборот, с унылым видом объясняет радостные пасхальные песнопения.

Заключение
Обобщая всё описанное выше, можно сказать, что служение церковного сурдопереводчика являет нам не только человека живого, непосредственного, чуждого формализма, механичности в искусстве жестового перевода, но и человека, имеющего богатую внутреннюю жизнь. Как мир Божий, бесконечно многообразный и красочный, являет нам втайне присутствие Бога, так и богатая, естественная, а главное живая образная жестовая речь имеет способность приобщить глухих верующих к тем духовным сокровищам, которыми, как предполагается, владеет и хочет поделиться проповедник.
Художественное чувство переводчика не должно ограничиваться механическим выполнением положенного жеста, оно должно вдохнуть жизнь в традиционную форму перевода, внести новизну и разнообразие, сделать восприятие молитвы голосом живой беседы души с Богом. Именно такого переводчика хотят видеть люди в православном храме.


Литература:
1. Богослужебный язык Русской Церкви. История. Попытки реформации.— М.: Издательство Сретенского монастыря, 1999.
2. Киприан (Керн), архим. Православное пастырское служение.— СПб.: Сатис, 1996.
3. Осокина Л.М. Профессионально–личностные качества переводчика жестового языка глухих. Цикл лекций.— М.: Издательство учебно–методического центра ВОГ, 2004.
4. Артемий Владимиров, протоиер. Искусство речи. Курс лекций. Ч. 1.— М.: Издательство Правословного Свято–Тихоновского Богословского института, 1998.


Н.Н. Соколов.


| к началу статьи | к началу страницы | на главную страницу |


Обзор прошедшей в Казани конференции
"Роль религиозного просвещения
в духовно–нравственном воспитании неслышащего человека"

Участники конференции
Участники конференции

Организаторами конференции выступили Казанская епархия РПЦ, Казанский православный центр глухих, Духовное управление мусульман Республики Татарстан (ДУМ РТ) и школа–интернат № 6 для глухих детей города Казани. На конференцию приехали представители православных общин из восьми городов России, а также из Украины и Беларуси.
Расширение связей между православными общинами и центрами глухих, между преподавателями религиозно–культурологических курсов в школах–интернатах для глухих и слабослышащих детей, обмен опытом — эти задачи стояли в повестке дня конференции. Не случайно она проводилась на базе школы им. Е.Г. Ласточкиной, где уже несколько лет ведется преподавание факультативных курсов: "История религий. (Основы православия)" и "История религий. (Основы ислама)" для школьников. Ведущий сурдопедагог школы Ирина Спиридонова проделала большую организаторскую работу, чтобы провести конференцию на высоком уровне.

День первый. Открытие
В качестве почетного председателя на открытии конференции присутствовал Высокопреосвященнейший Анастасий, Архиепископ Казанский и Татарстанский, а Духовное управление мусульман республики Татарстан представлял Сулейман хазрат Зарипов, заместитель муфтия. Каждый из них выступил с коротким приветственным словом. Потом начались пленарные доклады. О значении религиозного воспитания в школе глухих детей рассказал председатель конференции, директор школы им. Е.Г. Ласточкиной Владислав Лапшин. Интересные доклады сделали студент Томской Православной Духовной семинарии Евгений Морозов и преподаватель Новосибирского Свято–Макарьевского Богословского института Николай Соколов. Первый из них на основе библейских текстов проследил значение языка жестов во времена древних пророков и Нового Завета. Н.Соколов также говорил о значении жестового языка (ЖЯ), но уже в применении к современности, он подчеркнул: желательно, чтобы священники, работающие с глухими, владели ЖЯ. А вообще тема его доклада была намного шире — о различных аспектах духовного и религиозного просвещения глухих людей. Доклады и выступления по очереди переводили Владислав Мухин (Казань), Валентина Чудакова (Минск) и Екатерина Дятлова (Киев).
После перерыва работа конференции была продолжена по секциям (православной и исламской). Интересным и познавательным оказалось знакомство со школьным музеем. О 120–летней истории школы на основе экспозиции музея нам рассказала его смотрительница Валентина Симагина. Здесь есть уникальные экспонаты, отражающие богатую событиями историю школы: фотографии первых учеников и педагогов, книги дореволюционного издания по сурдопедагогике. Центральное место в экспозиции занимает раздел посвященный Е.Г. Ласточкиной (подробнее о музее можно прочитать в предыдущем номере журнала, где рассказывается об истории и сегодняшнем дне школы № 6). Ирина Спиридонова провела два открытых мероприятия по факультативному курсу "История религий. (Основы православия)": конкурс знатоков сказания о Казанской иконе Божией Матери и открытый урок. И надо было видеть, как активно отвечали на вопросы ученики 6 класса: Инга Грачева, Ксюша Шувалова, Вика Зудина, Юля Маркова, Миша Плеханов, Денис Челноков. Кажется, они знали все о том, как девочка Матрена обрела святую икону и что дальше было с Божественным образом. Особенно понравилась игровая атмосфера урока, было ощущение, что события, отстоящие на многие столетия от дня сегодняшнего, происходят здесь и сейчас. Позже, когда дети ушли, Ирина Николаевна провела мастер класс по проведению занятий данного факультативного курса, где рассказала о методической базе предмета. Показала рабочие тетради, которые она специально разрабатывает и издает при поддержке Отдела религиозного образования и катехизизации Казанской епархии РПЦ, познакомила с соответствующей литературой, наконец, привела пример поиска необходимой для проведения уроков информации в Интернете.
Обедали все вместе в столовой. Конференция проходила во время Великого Поста, но еда была хоть и постной, но очень вкусной. После молитвы все садились за стол и трапезничали, ну и, конечно, общались.
В конце дня прошел обмен мнениями по теме докладов, были сделаны дополнительные сообщения. Например, Екатерина Дятлова, переводчик православного украинского телеканала "Глас", показала видеофильм о проведении праздника Пасхи в ДК УТОГ в Киеве, где присутствовали ученики школ глухих и слабослышащих.

Богослужение в соборе
Главным событием дня стала служба в Петропавловском кафедральном соборе. Божественную Литургию совершил — духовник Минской общины глухих протоиерей Алексий Климов, сослужил ему и принимал исповедь у глухих прихожан на ЖЯ иерей Георгий Муравлев из Коломны. Причем всю службу по очереди переводили на жестовый язык участники конференции. Нужно было видеть просветленные лица глухих прихожан, когда на Жестовом языке возглашалось: "Славу Отцу, Сыну и Святому Духу" или когда читалось Святое Евангелие в жестовом переводе. Во время Литургии многие исповедались и причастились.
По окончании Божественной Литургии нас ждала интереснейшая экскурсия по православным храмам города, знакомство с православными святынями Святой казанской земли. Были мы и в церкви в честь Введения во храм Пресвятой Богородицы Иоанно–Предтеченского монастыря, где обычно проводятся Богослужения с сурдопереводом для глухих. Здесь же, в трапезной монастыря и обедали. Яркое впечатление осталось от посещения Крестовоздвиженского храма Богородицкого женского монастыря, от предстояния перед святым ликом Казанской иконы Божией Матери.
Вне программы прошло посещение Казанской Духовной Семинарии по приглашению ректора. Во время экскурсии, которую провел старший помощник ректора Виктор Александрович Новиков, нам были показаны учебные аудитории, иконописный класс и кабинет христианского искусства, две библиотеки — древних книг и современная, компьютерный класс и актовый зал.
Экскурсия по городу была продолжена в Кремле с посещением Благовещенского кафедрального собора (кстати, к 1000–летнему юбилею города он был полностью отреставрирован) и мечети Кул–Шариф. Потом, уже под вечер, съездили в храм Ярославских чудотворцев на Арском кладбище, где на могиле Елизаветы Гурьевны Ласточкиной пропели ей вечную память.

Доклады и презентации
В заключительный день конференции о своих общинах рассказали Светлана Кардаева (Волгоград), Ирина Спиридонова (Казань), Владимир Балацкий (Львов), Екатерина Дятлова (Киев), о. Алексий Климов (Минск), Андрей Сачков (Пенза), Евгений Морозов (Томск).
Денис Заварицкий из Петербурга показал слайд–фильм о Православном центре глухих "Слово", которому в этом году исполнилось пять лет. Здесь прослеживается не только его история, но и предыстория связанная с императорским училищем глухонемых, где существовал храм Петра и Павла. Православные общины различаются по численности, от 60 человек (в Минске), до небольших групп, насчитывающих не больше десятка прихожан. Но сами проблемы во многом общие — обеспечение глухих квалифицированным переводом службы на ЖЯ, проведение занятий в Воскресных школ и привлечение молодежи. В Казани, например, занятия в Воскресной школе проводятся два раза в месяц по программе "Церковный год". Стоит отметить и выступления Дмитрия Балашова (Москва), обобщившего опыт ведения Воскресной школы при Тихоновской церкви города Клин (Подмосковье), а также Николая Соколова о роли переводчика ЖЯ в православном храме.
Но, пожалуй, наиболее интересным из программы завершающего дня стали презентации православных фильмов с субтитрами и Жестового словаря религиозных терминов, выпущенного украинским православным издательством "Глас". В качестве переводчиков и составителей над словником работали Екатерина Дятлова и Денис Заварицкий. Здесь обобщен практический опыт перевода на жестовый язык, практикуемый в православных приходах России и Украины. Интерес вызвали и дополнения к словарю, где демонстрировались перевод молитв и фрагментов Литургии.
Организаторами конференции был представлен видеофильм с субтитрами "Святое знамение России", о судьбе Первообраза иконы Казанской Божией Матери, производства телеканала "СТС–Казань". Субтитры к этому фильму были специально разработаны и смонтированы Казанским православным центром глухих и Отделом религиозного образования и катехизации Казанской епархии в двух вариантах: с оригинальным текстом и упрощенным. Эти презентации заметно оживили конференцию, наглядно показав как можно сделать более доступными для глухих идеи православной культуры. В заключительном слове директор школы Владислав Лапшин подчеркнул — главное в том, чтобы глухие сердцем пришли к Богу, пусть и не так много из них будут посещать церковную службу. Он поблагодарил всех присутствовавших за активное участие в работе конференции. А завершающим этапом конференции стала паломническая поездка на следующий день в Раифский Богородицкий мужской монастырь, расположенный на берегу красивого озера.
Конференция закончилась, но впечатления и размышления вынесенные ее участниками безусловно помогут им в практической работе по привлечению в Православные храмы глухих людей и при ведении занятий религиозно–культурологических курсов в специализированных школах.

Священник Алексий Климов, духовник Минской общины глухих (Беларусь)

— Отец Алексий, судя по тому, как Вы служили Божественную Литургию, Вы хорошо владеете языком жестов. Когда Вы начали его изучать?
— Я начал учить язык жестов поздно, уже после того как мы организовали нашу общину. К сожалению, знаю его недостаточно. Владею только той совокупностью жестов, которая необходима для службы. Но у меня есть хорошие помощники — наши минские переводчики жестового языка Слава Березкин и Валентина Чудакова, у которых я все время учусь.
— Что Вам особенно запомнилось на прошедшей конференции?
— Понравилась сама атмосфера доверительного общения между всеми участниками конференции, приехавшими из разных городов. Благодарен, что мне доверили совершить Божественную Литургию в Петропавловском кафедральном соборе. И, конечно, остались незабываемые впечатления от посещения всех казанских храмов.

Николай Соколов, руководитель православной общины глухих и слабослышащих при храме в честь Покрова Пресвятой Богородицы г. Новосибирска

— Николай Николаевич, расскажите немного о Вашей православной общине.
— Община у нас небольшая, всего 8 человек. Я перевожу службу для прихожан на жестовый язык. Но у нас налажены связи с общинами глухих из других городов. Несколько раз мы выезжали в паломнические поездки: были в Томске, на Алтае — в Барнауле.
— Ваши впечатления о конференции?
— Я не впервые приехал на православную конференцию, так что могу сравнивать. Здесь в Казани организовано все было очень хорошо. Большой плюс, что жили в школе, все вместе. И было время для неформального общения и обмена мнениями. Понравился сегодняшний день. Интересно прошла презентация Жестового словаря религиозных терминов, разработанного Е. Дятловой и Д. Заварицким.


Ярослав Пичугин. Журнал "В едином строю".– 2006.– № 6.


| к началу статьи | к началу страницы | на главную страницу |


Некоторые особенности и проблемы
духовно–просветительной работы среди глухих

Наши IX Рождественские Новосибирские Образовательные Чтения посвящены в первую очередь рассмотрению такого важного вопроса, как участие общества в духовно–нравственном воспитании подрастающего поколения.
Сегодня достаточно много говорится о необходимости скорейшего преодоления кризиса в области духовно–нравственного воспитания детей и молодёжи. Но чаще всего речь идёт о работе со здоровым, дееспособным населением. Это, конечно, основная, можно сказать, приоритетная часть нашего общества. Но нельзя забывать о том, что рядом с нами живут десятки, сотни тысяч людей — детей, подростков с ограниченными физическими возможностями, которые не менее чем их здоровые сверстники нуждаются в духовно–нравственном просвещении.
Позволю себе утверждение, что из всех категорий инвалидов люди с нарушениями слуха и слепо–глухие люди являются информационно наиболее изолированными от внешнего мира и имеют ограниченную возможность приобщения к духовно–нравственным ценностям.
Духовное здоровье цивилизованного общества определяется по его отношению к инвалидам. Каким может быть духовное здоровье нации, когда огромная часть инвалидов — граждан нашего общества — просто выброшены и оставлены на произвол судьбы. К сожалению, многие из них вступают в преступные сообщества или влачат жалкое порочное существование.
Мы не ставим сейчас задачу исследовать причины такого падения, но очевидно одно, что корень этого бедствия кроется в недостаточном воспитании в детстве. Народная пословица говорит: "К чему в юности привык, то в старости сделал". Сама жизнь подчёркивает её правильность: если человек ещё в дни своей юности вступил на путь добродетели, то он твёрдо будет стоять на нём и в старости. Это должны помнить в первую очередь педагоги и родители. При этом необходимо учесть, что ни школа, ни семья сами по себе не в состоянии решить вопросы, связанные с духовно–нравственным воспитанием детей–инвалидов. Очевидно, что сегодня чрезвычайно важным стал вопрос укрепление институтов семьи, школы, и Церкви. Только объединив их усилия, можно говорить о возможности восстановления и распространения традиционной духовно–нравственной культуры среди всех слоев населения.

Семья
К сожалению, сегодня семья отчасти утратила свою воспитательную функцию. Особенно это заметно тогда, когда воспитывающийся в семье ребенок–инвалид большую часть времени проводит в специализированной школе–интернате. Некоторые родители просто "спихивают" детей на школу, по сути дела не желая заниматься их воспитанием.
Бытует и другая крайность, когда воспитательные мероприятия в школе идут вразрез с семейным укладом, не всегда благочестивым. Видя развращённую жизнь взрослых, которая особенно питается стремлением к пустому богатству и праздности, ребёнок теряет те нравственные ориентиры, которые нужны в его юном возрасте. Воспитание в этом случае каких–то высоких благородных порывов просто невозможно.
Дорогие родители! Вы — опора, поддержка и, безусловно, первые наставники собственных же чад. "Дети — не случайное приобретение, мы отвечаем за их спасение. Нерадение о детях — бóльший из всех грехов, он приводит к крайнему несчастью. Нам нет извинения, если дети у нас развращены". Эти слова святителя и великого учителя Иоанна Златоустого сегодня как никогда актуальны для нашего общества.
Сегодня общество захлестнули детский алкоголизм, табакокурение, наркомания. На телеэкранах круглые сутки пропагандируют жестокость, насилие, безнравственность. Сегодня стиль жизни и поведение, особенно глухих детей, формирует реклама. Посмотрите, какие призывы на рекламных щитах Новосибирска пронизывают сознание наших детей. Казалось бы, безобидная реклама шоколада, но какой несёт в себе страшный деморализующий призыв: "Уступи соблазну". Или другой пример — реклама настойчиво рекомендующая "не сдерживать свои желания". Я уже не говорю про "мобильных вампиров" и прочие рекламные трюки. Кто может хотя бы частично оградить детей от влияния этого духа времени? Прежде всего, конечно, семья.
Родительский дом — это колыбель, где ребенку с самых малых лет прививаются такие качества, как ответственность, терпимость, прощение, любовь к Родине и другие добродетели. Никакие слова не заменят в воспитании ребенка живого примера своих родителей и добрых семейных традиций. Воспитание детей — это прежде всего самопожертвование и глубокое, ежедневное изменение самого себя. Жан Ванье, французский философ, говорил, что он приобрёл ценные качества, необходимые для христианина, работая с детьми–даунами: "Когда мы работаем с инвалидами, то нам кажется, что мы пытаемся сделать из них людей, а на самом деле это они делают из нас христиан".
Говоря о воспитании ребёнка–инвалида, мы не собираемся изобретать велосипед и предлагать новую модель в воспитании детей. Но, естественно, в воспитательном процессе важно обращать внимание на те стороны и методы которые будут наиболее близки, доступны и эффективны для воспитания ребёнка–инвалида. Так, например, если ребёнок лишён слуха, то, естественно, его воспитание строится на восприятии зрительной информации. Такому ребёнку в первую очередь необходимы зрительные образы. Изучение Закона Божиего, другой духовно–нравственной и религиозной литературы желательно сопровождать показом рисунков, слайдов. Полезно, если и сам ребёнок будет делать зарисовки на тему прочитанного материала.
С раннего возраста детей с нарушениями слуха можно погружать в мир музыки, искусства. Глухой или слабослышащий ребёнок в состоянии улавливать вибрации и дифференцировать звучание различных музыкальных инструментов. Он может даже научиться играть. Маленький человек с нарушением слуха особо восприимчив к усвоению эстетических сторон жизни. Посещение выставок произведений искусств, созерцание Божественной природы должны стать неотъемлемой частью духовно–нравственного воспитания и привития ребенку любви к окружающему миру.
Разумеется, я далёк от мысли, что приобщение ребенка к прекрасному решит все наши проблемы с нравственным воспитанием детей. Но ведь речь идёт о том, чтобы пусть отчасти оградить детей от духовной отравы и приобщить их к традиционной православной культуре, создать для них полноту жизни, что является обязательным условием успешного включения глухих детей в наш большой мир.
Какими будут наши дети в будущем, каким будет наше общество через несколько лет — во многом зависит от нас — родителей.

Школа
Если в семье, где воспитываются дети с нарушением слуха, родители объясняют отсутствие должного внимания к воспитанию ребёнка пребыванием их чада в школе–интернате, то, к сожалению, среди работников специализированных коррекционных учреждений подчас бытует мнение, что глухие дети — это приспособленцы с низким уровнем духовной культуры, которых пытаться духовно развивать — пустая трата времени. Ведь известно, что глухота в общественном сознании до сих пор ассоциируется с глупостью. Некоторые руководители и учителя школ искренне удивляются: "А для чего ребёнку–инвалиду духовно–нравственное воспитание и тем более религиозное образование"? Задавая такой вопрос, педагог выражает своё отношение к ребенку–инвалиду, как к ущербному созданию, неспособному воспринимать нравственные идеалы. Таким учителям нелишне будет напомнить слова Священного Писания: "Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих ... ибо Сын Человеческий пришёл взыскать и спасти погибшего" (Мф., XVIII: 10, 12). И далее: "... нет воли Отца вашего Небесного, чтобы погиб один из малых сих" (Мф., XVIII: 14).
Из истории духовно–нравственного просвещения глухих до нас дошли сведения, что уже в самом начале XIX века глухие имели широкое представление о религии и нравственности; посещали церковь, участвовали в беседах, разъясняющих смысл богослужений. Достаточно сказать, что в 1902 году в России имелось уже 27 находившихся в ведении Святейшего Синода школ для обучения глухонемых.
К сожалению, духовно–нравственное воспитание неслышащих детей в наше время находится на более низком уровне, чем в конце XIX века, и носит скорее стихийный, чем целенаправленный характер. Следствием этого является невысокая духовная культура глухих.
Сегодня в Новосибирской области для глухих детей и молодёжи действуют три специализированных школы–интерната, два детских сада, ПТУ и Институт Социальной реабилитации глухих и слабослышащих. К сожалению, плановая, серьёзная работа по духовно–нравственному воспитанию и религиозному образованию не проводится ни в одном из этих учреждений.
Одной из главных причин здесь можно назвать отсутствие подготовленных кадров, способных вести такую работу среди глухих. Правда, здесь существует и другая причина. Всем известно, что глухие пользуются жестовым языком. Но оказывается, что до сих пор Русский Жестовый Язык официально не признан, как государственный язык межличностного общения и поэтому не может использоваться в дошкольных и школьных учебных заведениях. Это создает коллизию, когда, с одной стороны, глухой или слабослышащий ребенок не может полноценно слышать живую речь, а с другой стороны, не имеет права получить информацию или необходимые пояснения при помощи жестов. На такое положение Жестового языка повлияло отношение к этому вопросу И.В. Сталина, который в своем труде "Марксизм и вопросы языкознания" о глухих отзывался, как о биологически и социально ненормальных "безъязычных" людях, а их "ручной язык — это не язык и даже не суррогат языка. Его нельзя приравнивать к звуковому языку, как нельзя приравнивать первобытную мотыгу к современному гусеничному трактору...". Понятно, что после таких высказываний вождя жестовая речь стала изгоняться из специальных школ. Последствия такой политики мы пожинаем до сих пор.

Церковь
В заключение несколько слов об участии Церкви в духовно–нравственном просвещении глухих.
Пожалуй, на сегодняшний день деятельность Церкви в этом направлении наиболее заметна. Однако возрождение этой миссии находится в самом начале пути и впереди предстоит очень большая кропотливая работа. Отмечу лишь некоторые из стоящих на этом пути проблем.
Основная задача православного миссионера — указать неслышащему человеку путь спасения, приобщить его к спасительной христианской вере и помочь на этом пути. Служение глухим — довольно кропотливый самоотверженный труд, который требует от служителя высокого напряжения духовных и физических сил. Понятно, что для эффективной работы с глухими нужно общаться на языке их культуры.
Апостол Павел в своем послании к Коринфянам (1 Кор., IX: 19—23) написал о том, как он проповедовал Евангелие. Для иудеев он был как иудей; для подзаконных он был как подзаконный; для чуждых закона — как чуждый закона (не будучи чуждый закона пред Богом, но подзаконен Христу), чтобы приобрести чуждых закона; для немощных, он был немощным. Для всех он сделался всем, чтобы спасти, по крайней мере, некоторых. Такой подход к проповеди Евангелия является одним из главных принципов миссионерского служения и глухим. В среде глухих миссионер, будь то священник или мирянин, должен быть своим человеком. Для этого он помимо знания жестового языка должен понимать глухих людей и их мир.
Мы знаем, что первые русские миссионеры, просвещая языческие народы, первым делом изучали их язык. Вы можете мне возразить, а где же взять подготовленных специалистов, которые бы владели не только жестовым языком, но были бы и богословски грамотны? Это вторая серьёзная проблема. На сегодня решением этой проблемы стало бы преподавание жестового языка в семинариях для тех студентов, которые хотели бы потом работать с глухими. Здесь интересен опыт католической Польши, где каждая семинария ежегодно выпускает двух–трёх клириков, владеющих жестовым языком. Может быть, не все из них станут работать с глухими, но зато клириков работающих с глухими там достаточно. Практически все глухие в Польше объединены вокруг официальной Церкви, что обуславливает отсутствие мотива для их вовлечения в различные секты.
Что же касается России, то можно сказать — кто сегодня из проповедников владеет жестовым словом, тот и собирает вокруг себя аудитории глухих, к которым можно отнести слова апостола Павла: "... как веровать в Того, о Ком не слыхали? как слышать без проповедующего? … итак вера от слышания, а слышание от слова Божия (Рим., X: 13–14, 17).
Ещё один важный момент духовного просвещения глухих — это их участие в богослужении. Центром духовной жизни любого человека, в том числе и глухого, должна стать церковная жизнь, участие в богослужении, Таинствах Церкви. Увы, православное богослужение с сурдопереводом всё ещё остаётся экзотикой. Голос Христов, обращённый ко всем людям, несомненно, должен быть услышан теми, кто не может воспринимать звуки окружающего мира и человеческой речи. Задача современных миссионеров — научить глухих прихожан понимать богослужение и осмысленно участвовать в нём.
Сегодня перед Церковью стоит задача не оттолкнуть пришедших глухих чад от спасительного корабля, принять их с любовью и заботой. Необходимо разрушить стереотип, что вера отождествляется только с хождением в храм и соблюдением внешних правил и привычек. Перед пастырями стоит задача помочь им обрести ощущение реальности Бога в нашей жизни. Для неслышащих прихожан вера должна стать живой. Но для этого Слово Божие должно возвещаться им на их родном языке.
Закончить своё выступление я хочу словами Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II, который сказал: "Возрождая сегодня прерванную в предреволюционные годы традицию миссионерского служения, Церковь наша, как и прежде, руководствуется заповедью Христа Спасителя, данной своим ученикам в последней беседе перед Вознесением: "Идите, научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать всё, что Я заповедал вам" (Мф., XXVIII: 19—20). На протяжении почти двух тысячелетий миссия Церкви была и остаётся неизменной — нести свет Евангельской проповеди всему миру, ибо Господь "хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины" (1 Тим., II: 4)".


Н.Н. Соколов.
IX Новосибирские Рождественские Образовательные Чтения.
Новосибирск, 24 января 2006 г.


| к началу статьи | к началу страницы | на главную страницу |